Просмотры: 4378
Комментарии: 0

Милла Синиярви ♦ Очерк жизни Илмара Талве

Страницы:  1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12

Торпеда

В порту Роомассаари толпились люди, ожидавшие отправления в Германию. В гавани стояло два транспортных судна и один сторожевой корабль. Илмар Талве не успел толком оглядеться по сторонам, как столкнулся со знакомым по Тарту. Эндель Румма, врач и ученый, был не один. С ним находился доктор Кустас Румма и другие члены этой большой семьи. Они бежали из Пярну в Швецию. Во время бури их небольшое суденышко так же было спасено немцами, как это случилось и с Илмаром. Когда с кораблей прибыли моторные лодки, Илмар Талве держался своих знакомых. Вместе они погрузились на транспортное судно «Nordstern», в то время как прежние товарищи по несчастью оказались на таком же небольшом судне «Nautic». Во вторник 3 октября корабли снялись с рейда и под покровом ночи вышли в Ирбенский пролив. Илмар поднялся на палубу и всматривался в темноту. Он остро почувствовал, что покидает Родину и что начался новый этап в его жизни. Стараясь не думать о прошлом, сконцентрировался на том, что сейчас нужно все силы собрать для того, чтобы выжить. В этот момент он не предчувствовал, что случится большая беда. Потом, через несколько лет, нашел описание катастрофы, происшедшей с судном. В научной литературе «Nordstern» характеризовался так: судно водоизмещением 1127 тонн имело длину 71.62 метра и ширину 10.5 метров. Кто-то из пассажиров сказал, что у немцев это было учебное судно.

Эвакуированных разместили в каюты с двухъярусными койками. Широкие трапы вели с внутренней части наверх, на среднюю палубу. Там находились капитанский мостик, за ним гальюн и душевые, каюты для команды. Орудий на вполне мирном судне небыло. На палубе хранились сложенные в стопку оранжевые спасательные плоты с веревками по краям. В носовой надстройке размещался кубрик, человек на 8-10, где также стояли двухъярусные койки. Семья Руммов заняла эту каюту, оснащенную круглыми окошками. Поговаривали, что раньше здесь размещался карцер. Когда судно набилось до отказа, у Илмара спального места не оказалось. Первую ночь он пристроился где-то, временами удавалось заснуть, но в основном тревожное ожидание чего-то неприятного не покидало, и мужчина ходил по палубе, много курил. Никто не знал, куда держали путь.

Утром 4 октября прибыли в латвийский порт Виндава и простояли там до следующего дня. На берег сходить немцы не разрешили. Перед отходом на судно поднялись латвийские беженцы и русские военнопленные в форме с нашивкой военно-строительной организации «Todt». Русские все остались на палубе.

В литературе говорится, что на судне было 600 беженцев, 15 гражданских и 10 военных.

5 октября «Nordstern» взял курс на юг. В открытом море ветер усилился, началась качка. У Талве по-прежнему не было спального места. И эту ночь он провел где-то на палубе. Рано утром он, заядлый курильщик, поднялся на палубу покурить. Времени было около восьми утра. Хмурое пасмурное утро не предвещало ничего хорошего. Огромные волны зыби накатывали друг на друга, раскачивая судно. Рядом оказался приятель Эндель Румма, предложивший свою койку, чтобы Илмар часок другой вздремнул в рубке. Талве с радостью согласился, спустился в каюту, положил свернутое пальто под голову, а очки рядом с собой. Сапоги не стал снимать, зная, что спать придется недолго. Вытянувшись, заснул мгновенно. Что произошло дальше?

Здесь автор отступает от перевода мемуаров и приводит сведения, почерпнутые на сайте:
http://tuladiving.com/team/ro-24--na-dne-surovoj-baltiki.html#.VRe6XOF_QfY

«В Германии было изготовлено огромное количество стальных конусов-поплавков, которые по железной дороге отправлялись в Эстонию на берег Финского залива в городок Палдиски. В середине сентября 1944 года капитулировала Финляндия. Это привело к тому, что заграждения, запиравшие Финский залив, потеряли свое значение. Русские подводные лодки вновь появились на Балтийском море. В 1944 году командиры подводных лодок начали использовать новую технику торпедных атак – залповую стрельбу веером. Впервые авиация стала взаимодействовать с подводным флотом, осуществляя разведку и передавая данные на подлодки через береговые командные пункты. Подводная лодка Щ-310 под командованием капитана 3 ранга С. Н. Богорад, совершавшего в этой должности свой первый боевой поход, 5 октября заняла назначенную позицию в районе Ирбенский пролив – Вентспилс. С этого момента началось ее победное шествие. Уже на следующие сутки лодка под покровом ночи выследила немецкий конвой, и выстрелом двух торпед в надводном положении потопила транспортное судно «Nordstern» тоннажом 1127 брт. 8 октября Богорад решил венуться в район недавней победы, рассчитывая на то, что враг не будет ожидать засады в одном и том же месте. Расчет оказался верным, и лодка встретила новую цель – сторожевой корабль. Из надводного положения Щ-310 выпустила две торпеды с временным интервалом. В результате атаки был потоплен германский транспорт «Pumpenbagger III» тоннажом 587 брт. Через короткий промежуток времени лодка натолкнулась на крупный конвой. Боевые суда охранения плотным кольцом окружили транспортные суда, соблюдая повышенную бдительность ввиду недавних потерь. Для атаки транспорта надо миновать корабли охранения, и капитан предпринимает невиданный по своей дерзости, тактический ход. Просчитав расстояние до цели, капитан командует погружение, и лодка на малом ходу, стараясь не шуметь, под днищами кораблей охранения движется к цели.Через некоторое время, исходя из расчетов, лодка должна была оказаться перед транспортом на расстоянии, достаточном для нанесения торпедного удара. Для оценки обстановки капитан приказывает всплыть на перископную глубину».

Как Илмар Талве описывает погружение транспорта? Как беженцу удалось спастись?

Талве лишь спустя много лет смог восстановить мозаику, выстроив из обрывков воспоминаний картину катастрофы. Происшедшее еще долгое время мучило его в кошмарных снах, и лишь написав о том событии в автобиографии, ученый смог проанализировать отдельные кадры черно-белой пленки памяти, выделив как яркие вспышки, так и глубокие провалы. Если верить другим историческим источникам, говорящим, что судно было разделено торпедой на две части и затонуло в течение полутора минут, трудно за такое краткое время сообразить, что же произошло. Память Талве отчетливо запечатлела тот момент, когда Илмар стоял посреди маленькой каюты, а вода уже была ему по пояс. Скорее всего взрыв поднял, вернее, швырнул спавшего с кровати на пол. Илмар запомнил очень хорошо свою первую реакцию. Он сразу понял, что судно тонет. Необходимо во что бы то ни стало выбраться из каюты наверх. Проход в каюте вел в сторону носа к трапу из двадцати ступеней. Навсегда запомнилась дверь и доходившая до ее половины вода, пенистая и все время прибывающая. Сначала хотелось любой ценой открыть дверь и вырваться наружу. Но бурлящий поток, шедший прямо на Илмара, воспрепятствовал этому. Напор воды был так силен, что невозможно было сделать и шагу. Временами Илмар оказывался под водой, но поднимался и опять стремился пройти к трапу. Илмар Талве не помнит, видел ли он кого-нибудь еще, слышал ли крики помощи. Все было подчинено одной цели — пробиться к лестнице. После очередной безуспешной попытки подняться, вдруг произошло изменение всей ситуации. Вода вдруг стали идти не против Талве, а наоборот, в другом направлении. Иногда идя, иногда плывя, человек все же попал на палубу. Он не помнит, поднимался ли по лестницам и была ли вообще лестница. По-видимому, изменение течения было вызвано тем, что судно раскололось на две части, и нос высоко поднялся. На палубе беглец встал во весь рост, сильный ветер и вода били в лицо. Вода была по-прежнему по пояс. Очки остались в рубке, перед глазами плыло облако из воды, среди которого удалось все же различить очертания капитанского мостика, остававшегося еще над поверхностью воды. Изо всех сил Илмар подтянул свое тело туда, к мостику, приблизившись, заметил металлические ступеньки. Вцепился мертвой хваткой в железо, забрался с большим трудом наверх. Там еще не было воды. Долю секунды стоял высоко над морем, но вдруг ноги подвернулись, и мужчина оказался под водой. Скорее всего, пытался плыть. Но тут память отказала — Илмар Талве ничего не помнил, как именно плыл и куда. Гигантская воронка бурлящим потоком захватила его тело, закрутила и, вероятно, потянула на дно. Вдруг все-таки кружение прекратилось, и Талве стал делать круговые движения руками, ногами, пытаясь плыть. Временами оказывался под водой и стремился к поверхности с одной мыслью: «Выплыву!» Тут уже он хорошо понимал, что происходит. Он мог думать, лихорадочно ища спасение. Понимал, что главное — не задохнуться, главное, чтобы хватило воздуха. Временами кашлял, вода успела набраться в легкие. На поверхности видел первое время лишь серое небо и огромные волны. Вокруг проплывали всевозможные предметы, доски, бочки. Выбрал доску подлиннее, больше метра, и пытался положить ее себе под живот. Короткая доска нести тело взрослого мужчины не желала. Держался на поверхности воды из последних сил, понимая, что долго не выдержит. Вдруг на гребне волны в тридцати-сорока метрах увидел оранжевый плот. Мгновенно оценив ситуацию, понял, что цель достичь можно. Отбросив доску в сторону, поплыл, задыхаясь, но с твердой решимостью спастись. Сначала плыл брассом, затем кролем, под самый конец по-собачьи, из последних сил. Когда же схватился за веревку, был счастлив, слезы навернулись на глаза. Еще какое-то время находился в воде, и огромная волна приближалась, высота плота составляла целых тридцать сантиметров, которые нужно было преодолеть, чтобы забраться на плот. Это никак не получалось, висеть на одной веревке было тяжело. В любую минуту рука могла бы предательски разжаться. Несколько раз тело оказывалось уже был почти на плоту, но в последний момент соскальзывало. Наконец удалось зацепиться левой ногой за круговую веревку. Теперь нужно бочком-бочком, опять усилие и опять мимо... Силы были на исходе, отчаяние охватывало все больше и больше. Вдруг Талве рассмотрел, что на плоту уже кто-то находится. Илмар закричал. Человек зашевелился, повернулся сначала корпусом, потом головой, затем развернул плот и подал руку. Это было самое крепкое рукопожатие за всю жизнь! Илмара Талве сильная мужская рука затащила на спасательный плот. Первое время плыли молча, Илмар хотел отдышаться, потом все же спросил: «Что случилось?» Сосед ответил одним словом: «Торпеда». На этом беседа оборвалась, так как от холода у Илмара зуб на зуб не попадал. Через какое-то время к плоту подплыл еще один человек. Илмар и его спутник вместе подняли пловца. Он оказался эстонцем. Затем обитатели плота спасли немецкого военного, плывшего в сапогах. А потом и русского военнопленного, лицо которого представляло собой кровавую маску от полученной травмы. Так, впятером, они продолжали свой путь по бушующему морю. Мимо проплыл другой плот, на котором находились два пассажира. Слышали крики о помощи на немецком, эстонском, но из-за огромных волн не видели, откуда они доносились. Наконец появилась спасательная шлюпка, забиравшая сначала тех, кто плыл в воде без плота. Затем появилось судно «Nautic», на его палубе было много людей, вероятно, уже спасшихся. Где-то далеко были слышны взрывы. С борта «Nautic» был брошен трос, плот подошел вплотную к судну. Забраться на него оказалось неожиданно трудно, так как плот из-за качки подбрасывало вниз-вверх, у ослабевших пловцов не хватало сил удержать спасательный трос. Тогда Илмар Талве обвязал себя тросом, просунул ногу через круговую веревку, так удалось держать плот на плову. Илмару было страшно, что ногу оторвет, или он весь свалится в пучину. С борта был спущен шторм-трап, по которому беглецы и поднялись на судно. Последним наверх забрался Илмар. Ему дали две пачки сигарет. Спасенный рухнул на пол и закурил.

Народ не хотел идти в трюм, боялись нового удара. Первое время Илмар находился тоже на палубе, хотя в мокрой одежде было холодно, потом все же спустился в каюту. Заметил, что ручные часы остановились на времени 10.03. Когда попал в каюту, было 13.30, значит, два с половиной часа Илмар находился в воде. Посмотрев на свое отражение в зеркале, увидел незнакомое лицо совершенно седого человека.

В шведском издании за 1950 год Илмар Талве прочитал: эстонцев погибло 400, из которых было 80 детей, спаслось всего эстонцев 42, из экипажа спаслось только трое, из других беженцев — 2 латыша, 20 русских, всего 67 человек. В издании за 1993 год нашлись такие данные: на судне находилось 560 человек, спаслись 67.

© Милла Синиярви,  2015

Опубликовано 27.05.2015 в рубрике История раздела Мир вокруг
Просмотры: 4378

Впервые опубликовано на сайте «Проза.ру».

Предыдущая | Страница 8 из 12 | Следующая

Авторизуйтесь, пожалуйста, чтобы добавлять комментарии

Комментарии: 0

⇡ Наверх   Очерк жизни Илмара Талве

Страница обновлена 09.08.2016


Разработка и сопровождение: jenWeb.info   Раздвижные меню, всплывающие окна: DynamicDrive.com   Слайд-галереи: javascript библиотека Floatbox